Галерея

Врач-кардиолог, заведующая отделением острого коронарного синдрома ГБУ РД «Городской клинической  больницы» Джамалудинова Айшат Жамалудиновна сама  перенесла коронавирус и наблюдала его течение у множества пациентов. Она убеждена, что сердечно-сосудистое заболевание (ССЗ) – это прямое показание к вакцинации. Потому что при ковиде именно у «сердечников», то есть больных ССЗ, особенно велик риск тяжёлого течения болезни и осложнений.

Что можете сказать про вакцины от коронавируса?

В России одна из лучших школ иммунизации, убеждена доктор Джамалудинова. Эта школа появилась в советское время и дала миру много хороших вакцин, в том числе от полиомиелита и дифтерии. « Именно наша школа иммунизации помогла победить несколько тяжелейших инфекционных заболеваний. Сколько детей умирало от дифтерии буквально в 50-е годы прошлого века? Эту болезнь победили прививками. То же самое с полиомиелитом. И сегодня, когда мы говорим о российских вакцинах, они сделаны в тех же институтах, тех же научных школах, в которых делали те вакцины. Вакцина, которая разработана против ковида, сделана на тех же принципах, что и остальные препараты. При этом использовали и новые подходы, которые даёт генная инженерия, и базовые, которые проверены столетиями. Говорить о том, что вакцины вредные, – в принципе не верно. Можно говорить о побочных эффектах вакцин, но они есть у любого, даже самого безобидного лекарства. Надо всегда сравнивать пользу и вред. Польза от вакцины против ковида во много превышает те проблемы, которые могут проявляться при болезни. А вакцина, которая есть сейчас, – действенная и эффективная», — говорит врач.

Чем опасен коронавирус для «сердечников»?

Новая коронавирусная инфекция вызывает ДВС синдром, сейчас это уже ни у кого не вызывает сомнений. Диссеминированное внутрисосудистое свёртывание, иначе говоря, образование микротромбов, бьёт по всем органам и системам организма. Но особенную опасность синдром представляет для людей, у которых и так проблемы с повышенной свёртываемостью. Это люди с такими сердечно-сосудистыми заболеваниями, как гипертония и ишемическая болезнь, нарушения мозгового кровообращения. По той же причине в группу риска попали люди с ожирением и диабетом.

Расскажите про отложенные последствия ковида

Инсульт и инфаркт может случиться не только по причине заболевания ковидом, но и как отложенное последствие болезни. Переболевшему ковидом человеку, особенно, если у него есть сердечно-сосудистое заболевание, нужно следить за своим здоровьем. Пандемия длится уже два года, и у медиков накопился опыт наблюдения за переболевшими ковидом людьми.

Нам известны пациенты с дыхательной недостаточностью, болями в грудной клетке, головокружениями  (часто это последствия перенесенной ковид инфекции), с инсультами, течение которых усугубляется из-за нарушения мозгового кровообращения. Тем больным, которые перенесли ковид, рекомендовано в ближайшее время становиться на диспансерный учет и  серьёзно наблюдаться. И если они знают, что у них есть какая-либо сердечно-сосудистая патология, нужно аккуратно выполнять все врачебные назначения по месту проживания. Особенно в плане приёма антиагрегатных и антикоагулянтных препаратов.

Что происходит в организме когда в него проникает коронавирус?

Инфекция активизирует фактор свертываемости крови, который приводит к поражению лёгких и других органов. Вирус, проникая в клетки, выстилающие кровеносные сосуды, частично разрушает их и вызывает повреждение сердечной ткани, уменьшая кровоснабжение сердца, что увеличивает риск его воспаления. Есть данные, что поражаются все сосудистые русла, это и сосуды головы, и сердца, и почек. Это обусловлено поражением свертывающей системы, а свёртывающая система плотно связана с сосудистой системой. То есть, возникают микротромбозы во всех органах в которых имеется сосудистая сеть.  Эффект матового стекла при КТ даёт именно поражение сосудов лёгких, поясняет Айшат Жамалудиновна. Поэтому ковидная пневмония клинически отличается от бактериальной. То же самое происходит и в других органах. Ковид на фоне сердечно-сосудистого заболевания – это огромный риск тяжёлых осложнений, которые не всегда проявляются в процессе болезни. Иногда последствия наступают уже после выздоровления.

КОВИД свирепствует около двух лет, постоянно обновляются методические рекомендации Министерства здравоохранения РФ, как же проходит лечение?

Сейчас мы говорим, что лечение ковида – это, в общем, лечение ДВС синдрома. Практически всем больным на сегодняшний день назначаются кроверазжижающие или иначе говоря противосвёртывающие препараты. Противосвёртывающие препараты или антикоагулянты применять нужно очень осторожно и обязательно под наблюдением врача. Их принимают в определённых дозах и при определённых состояниях, самому себе назначать их нельзя. У них есть противопоказания, и кровотечения при бесконтрольном приёме могут быть очень серьёзными, предупреждает Айшат Джамалудинова. Хотя, когда их стали назначать, уменьшились и летальность, и тяжесть течения ковида, легче стал протекать так называемый «цитокиновый шторм», который является предвестником тяжелых осложнений.

Имеются ли собственные наблюдения о ходе протекания ковид у больных с ССЗ?

У нас в больнице два отделения: острого  коронарного синдрома и острого нарушения мозгового кровообращения, по простому инфарктное и инсультные отделения. Во время пандемии ковида мы видим увеличение смертности и от инсультов, и от инфарктов. Связь между течением ковида и тяжелыми поражениями сердца (инфаркт миокарда) и мозга (инфаркт мозга) сейчас активно изучается учеными. Но с уверенностью можно сказать, что  одной из причин негативного влияния ковида на сердце зависит от  поражения легких человека. При нарушении дыхательной функции кровь недостаточно насыщается кислородом, сердце начинает работать в усиленном режиме, чтобы обеспечить все органы питанием. Чрезмерная нагрузка приводит к быстрому утомлению сердечной мышцы. Причем страдают пациенты как с хроническими заболеваниями сердечно-сосудистой системы, так и абсолютно здоровые до заражения коронавирусом люди. Так, одно из самых опасных осложнений на сердце после коронавируса — миокардит. Наибольшую опасность представляет воспаление миокарда, которое остаётся иногда  без внимания врачей. Нелеченный миокардит приводит к серьезным осложнениям:

аритмия — нарушение проводимости электрических импульсов, которые проявляются тахикардией, экстрасистолией, фибрилляцией предсердий;

кардиомиопатия — сердечная недостаточность, которая сопровождается изменением объема желудочков, увеличением предсердий, нарушением выброса крови из сердца в сосудистое русло;

формирование внутрисердечного тромба;

внезапная смерть.

Вернемся к вакцинации

Основным противопоказанием для прививки от коронавируса считается простудное заболевание или аутоиммунные заболевания, аллергия на чужеродный белок. Если говорить о «сердечниках», то отдельно решать вопрос с терапевтом нужно в случае тяжёлой сердечной недостаточности или если прошла операция на сердце.  Сама прививка не может привести к заболеванию, так как в ней нет инфекционного агента («живого вируса»), но такая реакция на неё как повышение температуры для таких больных иногда  может быть опасной. У ослабленных людей или с аллергией может быть реакция на инородный белок, может подняться так же температура.  При этом я убеждена, что ни гипертония, ни ишемическая болезнь сердца не могут быть противопоказанием для вакцинации, скорее наоборот. Надо вакцинироваться вовремя, чтобы если вы вдруг заразитесь вирусом, перенести его легко, а не лечь в больницу с непонятным исходом,-говорит Айшат Жамалудиновна.

Врач уверена, что небольшая температура и ломота в мышцах пару дней – малая цена за защиту от тяжёлого течения заболевания и всех возможных последствий ковида.

Досье: Джамалудинова Айшат Жамалудиновна  в 2006 году окончила Дагестанский государственный медицинский университет (лечебное дело), в 2015 году  прошла курс повышения квалификации по специальности –кардиология. Стаж 15 лет. Работает заведующей отделением острого коронарного синдрома, врач высшей категории. Заслуженный врач РД.

Из отзывов:

Очень грамотный специалист, к пациентам относится внимательно и доброжелательно, в наше время это очень радует, так как нередко встречаешь равнодушных врачей. Хотелось бы пожелать удачи и успеха в вашем нелегком труде!

Отличный доктор, профессионал в своем деле! Не травит лекарственными препаратами, исключит не нужные и оставит те, которые реально помогут. Всегда чуткая и умеющая найти подход к любому пациенту вне зависимости от его возраста или тяжелого характера. После ее консультации и лечения совершенно не возникает желание пойти и перепровериться у других врачей, как мы все это любим делать. Здоровья ей и процветания!

Рашид Рашидов

Covid-19 становится все более коварным и опасным. Появляющиеся новые штаммы, дублирующие греческий алфавит, каждым разом признаются более страшными чем предыдущие, а болезнь протекает намного тяжелее. При этом часто в первые дни заболевания люди, как и раньше  чувствуют себя вполне хорошо. Разве что небольшая температура, едва заметный кашель и насморк. Но в это же время развивается легочная недостаточность. И пациент попадает в больницу с серьезным поражением легких. Поделиться своими выводами мы попросили заместителя главного врача ГБУ РД «Городская клиническая больница» по лечебной части, кандидата медицинских наук Гаджиеву Лайлу Хидириевну.

− Лайла Хидириевна, в ноябре 2021 года число, зараженных Covid-19 в Дагестане достигло максимума за год, как вы считаете, с чем это связано?

Такая картина наблюдалась по всей стране. Здесь играют роль сразу несколько факторов. Во-первых,  хаотичные перемещения людей, несоблюдение ими рекомендаций приводят  к новым  заражениям, более агрессивными, более вирулентными штаммами. Во-вторых, в стране всё еще наблюдается низкий уровень вакцинации нашего населения.

Не секрет, что Россия находится на 94 месте из 179  по мировому уровню вакцинации. Это факт. Россия не входит даже в первую сотню. И Дагестан сильно отстает в этом плане.

Выход только один – вакцинироваться. Это должен сделать каждый человек. Без этого справиться с Covid-19 не получится.

− Голос врачей звучал не раз. Но доверия у многих граждан к вакцинам все же нет.

− К сожалению, голос врачей теряется из-за голосов так называемых «антиваксеров».  Подобной ситуации нет нигде в мире. Настоящее мракобесие. Иначе не скажешь. При этом логичных объяснений подобрать невозможно. Удивляет и то, что в противодействие включаются и люди, считающие себя, работниками культуры и науки, религиозными деятелями. Их аргументы бездоказательны, но народ за ним идет по принципу «а вдруг». В них просто очень гармонично уживаются употребление всех социальных благ предоставляемых государством и распространение ложной информации. Уже ни у кого не возникает сомнений, что коронавирусная инфекция намного опасней гриппа. Никто не сомневается, что пандемия коснётся каждого. И все, безусловно, знают: эффективных лекарств от COVID-19 нет. Однако тех, кто скептически относится к вакцинации, единственному надёжному способу предотвратить болезнь, ещё предостаточно, и во многом это связано с легендами вокруг новых препаратов.

− С появлением нового штамма возникли новые отличительные особенности протекания болезни, которых ранее не наблюдалось?

− Да, конечно. Сегодня эта информация звучит отовсюду. Болезнь протекает стремительно,  сократился инкубационный период.  В красных зонах всё чаще появляются тяжелые формы заболевания, стали встречаться молодые и люди без сопутствующих заболеваний. Поэтому, конечно, если сравнить с тем, что было год назад, то разница есть, и она серьезная.

Хочу обратить внимание на то, что, например,  симптомы «омикрона» отличаются от симптомов «дельты». При заражении омикроном, сильнее беспокоят слабость и головные боли, гораздо реже теряется обоняние и меняются вкусовые ощущения. Симптомы, в целом, больше похожи на те, которые бывают при давно известных нам сезонных ОРВИ: повышение температуры до 38°С, иногда и выше, ломота в мышцах и суставах, заложенность носа, насморк, першение в горле, чихание, кашель, снижение аппетита.

— Говорят, штамм «омикрон» очень заразный.

— На самом деле, вероятность заразиться в помещениях, где находятся много людей, в связи с более высокой контагиозностью (заразностью) штамма омикрон, возрастает. Наиболее высокий риск инфицирования исходит от человека, который находится рядом и уже имеет респираторные симптомы: кашель, насморк, першение в горле. Использование социальной дистанции и защитной маски снижает вероятность передачи вируса, но не исключает полностью, особенно, при продолжительном контакте в одном помещении с заболевшим. Учитывая способность нового штамма быстрее распространяться, есть вероятность появления симптомов уже на следующий или через день после контакта.

А вообще, тест на COVID-19 становится положительным в конце инкубационного периода, перед появлением первых симптомов, то есть через 1-6 дней после заражения.

− При заболевании Covid-19 больше всего страдают легкие, что с ними происходит?

− Действительно, при протекании болезни мы наблюдаем серьезное поражение легких, которое определяется рядом анатомических терминов. Наблюдается повреждение, воспаление и образование тромбов. К сожалению, именно легкие – это наиболее уязвимая и тяжело поражаемая система при Covid-19.

Легкие − это «ворота» для инфекции. Коронавирусная инфекция представляет собой острое респираторное заболевание, которое передается воздушно-капельным путем. Соответственно, инфекция попадает в организм через дыхательные пути и эпителий, через клетки, называемые альвеолоциты.

При коронавирусной пневмонии вирус распространяется диффузно, поражаются несколько сегментов в разных долях, как правило, в обоих лёгких одновременно. Вирус повреждает альвеоло-капиллярную мембрану (где происходит поступление кислорода из лёгких в кровоток) и в месте повреждения развивается воспаление, отёк. Процесс, повторюсь, чаще диффузный двусторонний, симметричный или асимметричный. Бактериальная пневмония, как правило, развивается постепенно, а при вирусной инфекции поражение лёгких может носить молниеносный характер.

− Известно почему легкие никак не сигнализируют нам об опасности, а поражение выявляется либо на поздних стадиях уже с одышкой, или на рентгене?

− Это не совсем верно. Как правило, организм сигнализирует об этом в виде кашля. Но если говорить об одышке, то действительно при Covid-19 наблюдаются некоторые парадоксы, в том числе, так называемый феномен немой гипоксемии. В данном случае у пациента может быть гипоксия или кислородное голодание, но самой одышки нет. К сожалению, симптомы не всегда развиваются параллельно.

Помимо этого, у некоторых пациентов развивается бессимптомная пневмония, при которой выявляется серьезное поражение легких, но сам человек ничего не чувствует.

Надо помнить, что у каждого человека может быть индивидуальный ответ на заболевание. Скажем, у одного пациента легкие поражены на 5%, и он сразу ощущает недомогание. А другой не почувствует ничего, вплоть до серьезного поражения до 50%, которое уже как правило сигнализирует об изменениях, порой катастрофических. Почему так происходит? Точного ответа пока нет.

− Как в такой ситуации действуют врачи?
− Прежде всего важна диагностика. И здесь не обходится без простого пульсоксиметра. Пожалуй, не осталось людей, которые не знают, что это за прибор. Этот небольшой портативный инструмент чрезвычайно полезен. Он дает нам важную информацию о нескольких параметрах, но самый значимый из них – сатурация, то есть показатель насыщения крови кислородом. Этот биомаркер отражает развитие гипоксемии или дыхательной недостаточности. Но, конечно, мы не ограничиваемся единичным методом. Врачи используют целый спектр лабораторных, инструментальных методов и тестов. Только так можно сложить «мозаику» из разных элементов, чтобы лучше понять, что происходит с пациентом.

− Какие подходы для восстановления пораженных легких существуют сегодня?

− Первое, с чего мы начинаем – это антивирусная терапия. При этом не всегда ее можно использовать для того или иного пациента. Так, если человек поступает после 5-6 дней от начала заражения, то антивирусную терапию применять нет смысла. Далее врачи борются с синдромами, вызванными заболеванием. Здесь используется противовоспалительная терапия, терапия, направленная на устранение коагуляционных нарушений и, наконец, таргентная терапия, направленная на коррекцию гипоксемии или дыхательной недостаточности имунной составляющей. Конечно, у каждого пациента могут быть свои, уникальные особенности протекания болезни, поэтому терапия в каждом конкретном случае будет отличаться.

− Появились ли новые методы диагностики и подходы к терапии?

− Если говорить о диагностике, то та же пульсоксиметрия сегодня внедрена во все уровни современной медицины. Если раньше пульсоксиметр с собой носил только пульмонолог, то сегодня – каждый врач любой специальности. Даже люди самостоятельно приобретают этот прибор и пользуются в домашних условиях. Но есть те методы, которым толчок для развития дала именно ситуация с пандемией. Например, компьютерная томография легких. Эта методика была известна и раньше, использовалась активно, но именно сейчас она применяется крайне широко. И я надеюсь, что и после того, как Covid-19 будет побежден, данный метод останется в нашей практике.

Сегодня список противовирусных препаратов очень мал. Но есть надежда, что  совсем скоро появятся новые препараты, которые войдут в список лекарств для лечения Covid-19, в том числе на основе моноклональных антител. Ситуация быстро меняется. Прошло уже два года, ученные не прекращают поиски новых препаратов и более эффективных способов лечения.

− Как помочь пациентам восстановиться после заболевания?

− Единого сценария не существует. Всё сильно зависит от того, с какими проблемами сталкивается человек после заболевания. Известный постковидный синдром включает в себя целый ряд сопутствующих проблем. Этакий «клубок», сопровождающий человека, который, на первый взгляд, справился с болезнью. Например, распространены утомляемость, одышка, депрессия, бессонница, кашель и прочее.

Если говорить о серьезном поражении легких, то мы действуем примерно так же как при терапии легочного фиброза. Как правило, поражение сопровождается появлением рубцов, избавиться от которых практически невозможно. Из-за этих изменений появляется одышка, кашель, человеку не хватает  дыхания для физической работы.

Напротив, у некоторых пациентов могут возникать полостные образования в легких. По сути, области, где отсутствует легочная ткань. Подобные нарушения очень опасны и могут вызывать пневмоторакс, то есть скопление воздуха или газов в плевральной полости, кровотечения и инфекции.

Разработаны и в реабилитационных центрах используются специальные методы, отчаиваться не следует.

− Что осложняет диагностику Covid-19?

− На самом деле задач дифференциальной диагностики хватало и хватает по сей день. Астма, хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ), пневмония. Та же пневмония схожа с коронавирусной инфекцией. В обоих случаях наблюдается поражение легких, нарушения, приводящие к дыхательной недостаточности. При этом методы лечения абсолютно разные. Простая пневмония лечится с помощью антибиотиков, которые неэффективны при Covid-19.

− Сотрудничаете ли вы с коллегами из других регионов?

− Да. Буквально с самого начала пандемии мы обмениваемся опытом с коллегами из ведущих клиник . Без этого невозможно решать стоящие перед нами задачи. Когда мы только столкнулись с новой коронавирусной инфекцией, у нас не было опыта. Но мы учились у более опытных коллег. Обмен продолжается и сегодня. Мы встречаемся на онлайн- конференциях и различных теле- форумах, где обсуждаем главные вопросы и методы решения.

− Какова сейчас ситуация в больнице?

— Я прихожу на работу как на минное поле, потому что не знаю, что нас ждет: когда и сколько привезут пациентов, насколько они будут тяжелые. Общаюсь со знакомыми медиками из московских больниц, которые приходят после дежурств домой выжатые как лимон.  На сегодняшний день в больнице лежат около 400 больных, из них более трети в тяжелом состоянии, так как к нам везут пациентов, которые сами себя довели до такого состояния со всей республики.  За сутки через скорую помощь поступают от 30 до 80 пациентов.

Некоторые пациенты, особенно те, что часто смотрят телевизор, паникуют и вызывают нас на дом, стоит только чихнуть. Из-за этого нагрузка выросла. Но мы работаем спокойно — улыбаемся и ждем. Не смеемся над ситуацией, а адекватно на нее смотрим, чтобы решать проблемы по мере поступления.

− Единственный выход – вакцинация?

− Да. Нельзя просто надеяться на то, что все переболеют, и пандемия закончится. Ведь такой путь связан с многочисленными потерями, в том числе медицинского персонала.

Досье: Султанова Роза Султановна, врач-хирург, к.м.н.,ассистент кафедры общей хирургии ДГМУ

Жизненное кредо – «Пусть всякий, кто приходит к тебе, уйдёт, став лучше и счастливей».

Больной всегда ждет от своего лечащего доктора чуда, и врач обязан, даже в самых безнадежных ситуациях, суметь убедить пациента в том, что оно обязательно произойдет. У Розы Султановны этот дар особенный: не многословием и эмоциями, а спокойным обстоятельным разговором с пациентом, своей непререкаемой уверенностью она внушает надежду на выздоровление.

Гуниб известное место в Дагестане, здесь Султанова Роза Султановна родилась, окончила с золотой медалью   школу, отсюда поехала в Махачкалу и поступила в медицинскую академию, которую тоже окончила с красным дипломом. «Сложно ли учиться в медицинском? Да, я должна признать, что это нелегко. Все учатся четыре года, а ты — целых шесть лет! И всё это время мы слышали, что станем убийцами, бездарностями и будем работать за гроши. То ещё испытание!»- вспоминает Роза.

Девушка ни о чем, кроме профессии врача, и не думала. И о своем выборе ни разу не пожалела: всё и всегда в этой тяжелой работе у нее получается, и если судить по откликам благодарных пациентов и их родных – то с самой высокой оценкой. Вот такой парадокс: она нашла себя в своем деле, но человечность и доброта диктуют свое. Может быть, во врачебной деятельности надо быть более жестким человеком, умеющим владеть своими чувствами, не поддаваться жалости. Но нельзя быть настоящим врачом, не умея понимать и воспринимать чужую боль. Роза – врач настоящий.

 Почему вы решили поступить в аспирантуру?

В школу каждый человек должен ходить обязательно, в университет он уже поступает по желанию, а в аспирантуру – по любви.

«На мой взгляд, годы обучения в ВУЗе не достаточны для создания крепкого базиса теоретических знаний. Ведь на протяжении этого периода мы только впитываем информацию, подобно губкам, тогда как этого не достаточно для того, чтобы знания были применены на практике. Необходимо создать среду, когда вы не только получаете, но и отдаете информацию, т. е. наладить систему коммуникации. Аспирантура как раз и является площадкой для создания такой среды»,- говорит Роза.

Ведь в работе врача, особенно хирурга, ошибок не должно быть: ему доверено не только здоровье человека, но и его жизнь. Эту аксиому она усвоила раз и навсегда, поэтому в своей практике никогда не спешит с выводами в диагнозах и в назначении лечения, перепроверяет свои первоначальные выводы и заключения.

Роза, как Вы запомнили защиту своей кандидатской?

Помню всех приглашенных, ученых, своего руководителя Меджидова Р.Т., оппонентов. Я очень волновалась, надо было успеть уложиться в 15 минут. Но самое главное, что я запомнила, это слова одобрения, которые прозвучали от немногословного профессора Расула Тенчаевича: «Ты оправдала все мои ожидания». Кстати, Султанова Роза Султановна изобретатель, является обладателем трех патентов на изобретения, в том числе на «Способ лечения интрапаренхиматозных осложненных эхинококковых кист печени»,  относящегося к хирургии.

Как Вы считаете, ученая степень поможет в построении карьеры?

Несомненно! Может не сама степень  кандидата, а знания, приобретенные в процессе обучения, точно не будут помехой. Ведь учеба — это не вредная привычка.

22 октября 2021,  мне представилась возможность принимать участие в VII Съезде хирургов Юга России с международным участием. В работе крупнейшего двухдневного научно-практического форума приняли участие около 500 специалистов из разных регионов России, а также стран ближнего зарубежья. Особое внимание было уделено теме оказания хирургической помощи в многопрофильном стационаре в условиях пандемии COVID-19.  Я выступила с докладом об опыте лечения пациентов с острой хирургической абдоминальной патологией в ГБУ РД «Городская клиническая больница» в условиях перепрофилирования в ковидный госпиталь.

Что больше всего нравится в своей профессии?

Мне нравится то, что я, во-первых, помогаю людям. От этого я получаю огромное удовлетворение. Мне кажется это самое главное в профессии врача. Поэтому мне очень нравится моя работа.

Многие негативно относятся к молодым врачам и хотели бы наблюдаться у более опытных специалистов, не было инцидентов?

Моя молодость пациентов не смущает. Я ни разу не слышала от них фразы в духе «Ты молодая — значит, ты ничего не понимаешь». Молодая — это не значит глупая. Люди, наоборот, относятся к этому положительно. Они предполагают, что я в силу своей молодости могу знать какие-то более современные методы лечения.

Помнишь свою первую самостоятельную операцию?

Конечно, помню. Будучи ещё интерном, я находилась на дежурстве в больнице скорой помощи. Из приемного отделения поступило сообщение о том, что поступил пациент с острыми болями в животе. При физикальном осмотре у молодого человека наблюдались симптомы характерные для острого аппендицита, что подтвердилось лабораторными и инструментальными методами обследования. Больной срочно был взят на операционный стол. Помню, как волновалась и чувствовала ответственность за жизнь человека. Мгновенно в сознании промелькнуло всё, чему нас учили в таком случае. Как потом сказал мой опытный наставник, всё было сделано отлично. Настоящая радость была когда с выздоровлением выписался пациент, но это мне стоило несколько бессонных ночей.

Роза Султановна, какие планы желаете реализовать в ближайшей перспективе?

В профессиональной области хотелось бы в первую очередь расширить сферу своей деятельности, освоить новые методики хирургии. Я бы хотела развеять мифы о хирургах. Например, ч то хирург не «мясник». Бытует мнение, что хирурги сначала режут, а потом думают, и что им ничего не стоит искромсать пациента даже зазря.

На самом деле, операция – это, скажем так, крайняя мера, когда человеку никак иначе не помочь. В большинстве случаев (кроме неотложной хирургии и травматологии) продумывается лечение, и если вмешательство необходимо, оно заранее планируется. Причём даже с показаниями к операции хирурги не возьмутся за пациента, у которого шансы пережить её невысоки.

Кстати, многих интересует вопрос, могут ли хирурги спокойно есть мясо, не вызывает ли это неприятных ассоциаций? Те отвечают: «Нет. Мясо – это то, что на тарелке. Это еда. А на операционном столе – человек, такой же как мы. Он не ассоциируется с бифштексом, как и наоборот, бифштекс не ассоциируется с человеком».

До начала пандемии Вы работали в отделении хирургии, спокойно преподавали хирургию студентам. В какой момент решили перейти работать в красной зоне?

Я и  больница вместе начали работать с коронавирусными пациентами. Когда формировали состав, я знала, что иду работать с коронавирусом, и мне это показалось достаточно интересным. Работа в таких экстремальных условиях, кроме усталости, конечно, дает определенный адреналиновый всплеск, отсюда и понимание того, что ты можешь помочь тяжёлым пациентам. В свободное от «красной зоны» время, по расписанию медуниверситета, я занимаюсь со студентами.

Как думаете, почему ваша больница была выбрана в качестве ковидного госпиталя? 

Практически все ковидные госпитали представляют из себя многопрофильные больницы, поcкольку у пациентов есть сопутствующие патологии, отягощающие течение коронавирусной инфекции, и изолироваться только в работу инфекционного профиля – это не оптимальный вариант. Поэтому многопрофильная ГКБ, вполне ожидаемый выбор. Кроме всего прочего, в нашей больнице есть подразделения, которые занимаются тяжёлой патологией: это и пульмонология, это и нефрология, и хирургия и неврология и кардиология и большая реанимация, которые безусловно необходимы для госпиталя такого плана. Ещё один важный фактор – здесь огромный, сильный, опытный коллектив, которым руководит Депутат Народного Собрания РД Малаев Хаджимурад Магомедович, который смог обеспечить очень грамотную, очень скоординированную работу по лечению COVID-19.

Как проходит рабочий день врача ковидного госпиталя?

Смена рабочая сейчас длится 8 часов в «красной зоне». Врачи отделений ведут определённое количество пациентов. Что значит вести? Пациенты с коронавирусной инфекцией болеют непредсказуемо, поэтому иногда частота наблюдения составляет раз или два в час, или раз в 2 часа: доктор должен подойти измерить сатурацию, оценить самочувствие пациента, отрегулировать подачу кислорода. Иногда даже чаще, если состояние пациента настолько тяжёлое. Дважды в день обход. Есть еще оформление медицинской документации: ведение истории болезни, прием новых пациентов, оформление выписных эпикризов. Кроме того, участвую в  медицинских теле-консультациях по выработке тактики и схем лечения. Принимаю участие в экстренных хирургических вмешательствах.

Как менялись чувства, когда начинала работать в таких жёстких условиях?

Какая-то устойчивость моего эмоционального фона, безусловно, присутствовала. Но, на самом деле, не так чётко. Вначале была некая растерянность, потому что ты встречаешься с той патологией, которой не знаешь, и руководствуешься только имеющимися схемами. Потом начинаешь более чётко понимать, что же происходит с твоими пациентами. И вот тогда наступает некое спокойствие и уверенность в своих силах, приходит ощущение, что ты можешь управлять этим процессом. Но я не могу сказать, что это «полный штиль», опять же потому, что течение среднетяжёлых и тяжёлых форм, которые мы и видим в стационаре, бывает очень коварным. Поэтому здесь не может и не должно быть абсолютного спокойствия.

Нужно постоянно быть начеку: вчера ещё благополучный пациент сегодня может оказаться в реанимации. Равнодушно к этому нельзя относиться.

Расскажите, пожалуйста, о конкретном случае такого переменчивого течения инфекции?

Этот клинический случай наблюдаю прямо сейчас  и очень надеюсь, что он закончится хорошо. Пациентка поступила с минимально выраженными изменениями легких на КТ, и она внезапно ухудшилась, резко потяжелела. Больная уже не могла дышать в полной мере. Снижалось обогащение крови кислородом (сатурация), т.е. её лёгкие свою функцию газообмена не выполняли в необходимом объёме. Мы были вынуждены отправить её в реанимацию, где она провела порядка трёх недель. И все эти три недели мы отслеживали её состояние по внутрибольничной компьютерной программе, которая позволяет видеть состояние пациентов. В какой-то момент мы даже переживали, что это женщина не выкарабкается. Сейчас она справилась до такого уровня, чтобы её можно было вернуть назад в наше отделение. Но, к сожалению, ей до сих пор требуется кислородная поддержка. Мы прикладываем все усилия для того, чтобы восстановить структуру и функцию её лёгких. Таких примеров много.

 А были ли пациенты, удивившие положительной динамикой?

Да, к счастью и такое бывает. Поступил мужчина, наоборот, с очень выраженными изменениями лёгких на КТ и уже с имеющейся дыхательной недостаточностью. Однако, несмотря на это, он сумел быстро выкарабкаться из лап коронавирусной инфекции, быстро начала восстанавливаться сатурация. Наверное, его желание поскорее оказаться дома и желание быть здоровым помогло ему. Мужчина провёл у нас меньше 10 дней, выписался с отличной динамикой по результатам КТ, без потребности в кислороде. Мы были очень за него рады!

Срабатывает ли врачебная интуиция в случае с коронавирусными пациентами?

Да, когда я чувствую, что вот этот человек будет тяжелеть, что не так всё легко с ним, думаю,  не сходить ли к нему ещё раз пять, дополнительно, проверить его состояние. Но иногда ухудшение происходит абсолютно непредсказуемо, что называется «ничего не предвещало беды». Вообще, интуиция срабатывает при самых разных случаях.

За время такой работы, Вы уже полностью адаптировались психологически?

Только отчасти. На врачей, конечно, выпадает колоссальная нагрузка и колоссальное эмоциональное, психоэмоциональное напряжение от тяжести и от быстроты смены клинической картины у пациентов. Поэтому я не могу сказать, что “выдохнула”, привыкла, расслабилась. Скорее здесь приходит ощущение такой спокойной необходимости постоянного контроля, постоянной внимательности – ты просто входишь в этот ритм и работаешь, работаешь, работаешь…

Вы не боитесь заразить близких людей?

Нет. Бояться бессмысленно, нужно соблюдать безопасность на работе, правильно надевать СИЗ, регулярно использовать антисептические растворы, и не расслабляться вне работы – держать дистанцию и носить маску, не нарушать требования санитарной гигиены.

 Вы сказали СИЗ, сколько времени уходит на переодевание?

Это комбинезон из определённых тканей. Комбинезон с капюшоном, иногда с бахилами, входящими в комплект. В первые дни у меня надевание СИЗ занимало минут 15, сейчас справляюсь за 10. Снятие после смены проходит чуть дольше.

Как считаете, есть какой-нибудь плюс в пандемии?  

Мне кажется, что изучение новой области всегда приводит к прорывам, поэтому сейчас медицинская наука делает огромный шаг вперед. А в организационных вопросах – вижу только плюсы. Потому что за достаточно короткое время работа медицинских учреждений была переделана абсолютно. Были мобилизованы максимально возможные ресурсы, и система ковидных госпиталей справляется со своей задачей, по крайней мере  у нас…

За это время значительно расширился круг знакомых и друзей, каждый из которых готов помочь и советом и ….

Что скажете о том, как наши земляки соблюдают требуемый санитарный режим?

На мой взгляд, уровень сознательности у граждан не совсем достаточный для того, чтобы соблюдать требования. В начале пандемии замечала, что люди на улице и в транспорте, хотя бы были в масках. Сейчас, к сожалению, я вижу людей в общественных местах без масок, и собираются большими группами. Наверное, люди расслабились или очень устали соблюдать карантин и самоизоляцию. Мне бы хотелось призвать их не делать этого и по возможности максимально ограничить контакты с людьми, а также там, где возможно, использовать хотя бы маску. Это в какой-то степени предотвращает и распространение вируса, и возможность заражения.

Чтобы бы вы хотели в заключении сказать нашим читателям?

Мы все очень хотим, чтобы пандемия кончилась как можно быстрее и наступила мирная жизнь. Пока мы должны делать то, что требуется, максимально ответственно. На фоне ухудшения эпидемиологической ситуации, связанной и в том числе с мутацией вируса, власти призывают жителей вакцинироваться, чтобы обезопасить свое здоровье и позаботиться о своих близких. Граждан прививают бесплатно. В стране зарегистрировано пять вакцин от коронавируса: «Спутник V», ставший первой в РФ и мире вакциной от COVID-19, а также «Спутник Лайт», «ЭпиВакКорона», «ЭпиВакКорона-Н» и «КовиВак». Только в этом ученые видят спасение. На самом деле, наблюдения показывают, что среди поступающих в больницу мизерное количество пациентов вакцинированных, да и те легко переносят болезнь. Необходимо людям преодолеть всякие предрассудки, не слушать скептиков и противников, смело пойти  и вакцинироваться.

Чего ожидаете в отношениях населения к врачам?

В первую очередь понимания, уважения. Все-таки врач один, а поток больных очень большой. К сожалению, приходится сталкиваться и с отрицательным отношением и эмоциями со стороны пациентов и их родственников.

 Какой человек по-вашему должен работать в медицине?

В медицину идут работать смелые люди. Риск ошибки у нас очень высок. Мы работаем не с машинами, и у нас нельзя исправить то, что уже случилось. Если что-то сделал не так, то ценой ошибки может быть здоровье человека. Не каждый рискнет взять на себя такую ответственность.

В моей профессии главное — это умение добиваться поставленной цели. А цель у нас с пациентами общая — выздоровление, говорит ассистент кафедры общей хирургии, хирург отделения ВМП ГБУ РД «Городская клиническая больница» Роза Султанова

Рашид Рашидов